logofilka (logofilka) wrote,
logofilka
logofilka

Categories:

Ах, обмануть меня не трудно... Или трудно?

Иммиграционные службы вовсе не так рады обманываться, как принято считать в среде популяризаторов идеи невинности небольшого вранья в иммиграционных документах ради высокой задачи реализации своей американской мечты.

Новость маленькая, всего на три абзаца на официальном сайте Департамента Юстиции. Но с большим смыслом. Федеральный окружной суд Аризоны вынес обвинительный приговор по делу некоторого гражданина Ирана, привлеченного к ответственности по статье 18 USC 1546(a) Федерального Уголовного кодекса. Статья прелюбопытная, я о ней напишу чуть ниже. А пока - про фактические основания дела.

Гражданин Ирана въехал в Америку по визе туриста и подал заявку на предоставление ему статуса беженца. В формах он застенчиво умолчал о том факте, что на родине служил в армии (форма прямо спрашивает заявителя, получал ли он тренинг в обращении с оружием и служил ли). Кроме того, иранец отрицательно ответил на вопрос о том, подавал ли он в других странах прошение о предоставлении статуса беженца. В реальности же, такое прошение он подавал в Италии, и оно даже было удовлетворено. Просто в Италии ему не понравилось и он приехал в Америку в поисках более привлекательной беженской участи.

В ходе подготовки дела к интервью, сотрудники USCIS раскопали эти вовсе не находящиеся в открытом доступе факты. Разумеется, в беженстве иранцу было отказано. Но информацию, полученную в ходе проверки биографии "беженца" передали не в депортационный суд, а в прокуратуру. В результате было возбуждено уголовное дело по этой расчудестной статье 1546(а), по которой предусмотрено наказание до 25 лет в случае отягчающих обстоятельств, и до 10 лет, если согрешил один раз и без отягчающих.
Суд приговорил иранца к "time served", т.е., тому сроку, что он провел в заключении, пока дело разбиралось в суде. Что в данном случае составило чуть больше четырех месяцев. При потенциальном сроке в десять лет, казалось бы, абсолютная ерунда. Какую мораль можно извлечь из этого пустякового дела?

Посмотрим на саму статью 1546. Она довольно объемна и имеет очень широкого охвата название: "Мошенничество и неправомерное использование виз, разрешений, и других документов." Таинственное слово "разрешений" в этой статье имеет отношение к разрешениям на работу или временным разрешениям на въезд, не являющимися визами, поэтому не ищите в нем смысла за пределами иммиграционного контекста. Статья криминализирует фальсификацию и/или использование чужих документов для въезда в страну, получение или смену статуса, натурализации, и прочих действий в рамках Immigration and Nationality Act. Перечень разных действий, попадающих под эту статью, такой длинный, что вполне можно устать, не прочтя списка кораблей до половины. И вот где-то в пoследней трети этого перечня интегрирована фраза, представляющая для нас особый интерес. Статья криминализирует "предоставление недостоверной информации относительно материального факта в любом заявлении, аффидавите, или другом документе, необходимом согласно иммиграционным законам и нормативно-правовым актам" ("making false statements with respect to a material fact in any application, affidavit or other document required by immigration laws and regulations").

Что это означает в переводе с юридического на человеческий? То, что можно пойти под суд и получить реальный срок за недостоверную информацию в любой иммиграционной форме или визовом заявлении, или документе, предоставленном в поддержку отправленных в иммиграционные службы форм. Именно поэтому я не устаю повторять о необходимости заполнения поля Form Preparer во всех иммиграционных формах, которые заявитель заполнял не сам. Если это поле не заполнено, аргумент "я не знаю, почему тут так написано, за меня заполнил паралигал" не работает - вся неточная информация аттрибутирована заявителю и он несет юридическую ответственность за ее достоверность.

Так же, как и в случае с применительной практикой статьи 1325, о которой я писала раньше, не обязательно каждый, кто "проштрафился" с точки зрения иммиграционного права, непременно будет привлечен к ответственности по уголовной статье. Логика такого избирательного применения в том, что иммиграционное право имеет механизм "исключить" из страны или не пустить в нее тех, кто пытался получить визу обманом или воспользоваться поддельными документами для въезда. Зачем же тратить ресурсы для исполнения наказания в отношении того, кто страну, скорее всего, вынужденным образом покинет и с большой долей вероятности в нее никогда не вернется?

Однако, в нынешнем иммиграционном климате происходит много такого, что раньше проходило по разряду случаев экзотических и обсуждалось адвокатами в закрытых форумах как разовый инцидент. Не претендуя на абсолютную истину, я предположу, что мы скоро увидим увеличение числа случаев привлечения к уголовной ответственности за фальсификацию данных в иммиграционных формах.

Как и в случае с резким изменением в правилах определения очередности вызова на беженское интервью, или уголовном преследовании за незаконное пересечение границы, такая смена политики имеет своей задачей, в первую очередь, распространение информации о неотвратимости наказания. Обратите внимание - иранец из описанного выше случая получил совершенно номинальный срок, приравненный к уже отсиженному времени. Значит ли это, что выйдя из тюрьмы он перейдет в систему депортационных судов и начнет бороться за право остаться в США? Маловероятно. Подобного рода судимость закрывает практически любые возможности для легализации статуса когда-либо, но уже не по основаниям мошенничества в рамках иммиграционного права (в этом случае есть возможность потенциально получить вейвер, или продолжать годами бороться за беженский статус), а по уголовным основаниям. У судимого за тяжкое преступление (а эта статья классифицируется именно как тяжкое преступление вне зависимости от отбытого наказания), практически нет доступных легальных механизмов защиты в депортационном процессе. Он даже лишается права уехать добровольно за собственный счет - только принудительная депортация. Если бы USCIS просто установил факт вранья в беженских документах и передал дело в депортацию, депортационный процесс и апелляция могли бы занять годы. Теперь же, с судимостью, "беженец" появляется перед судьей лишь раз, чтобы в судебном порядке установить, что механизма защиты от депортации для него нет. После этого следует депортация с пожизненным запретом на въезд.

Соответственно, любое вранье в иммиграционных бумагах в нынешнем климате имеет гораздо более серьезные легальные последствия, чем это было до недавнего времени. Если Вы уже успели испугаться, что Вас посадят в тюрьму за неуказанный в натурализационной форме штраф за парковку, поделюсь еще одним соображением. Важно обратить внимание на то, что статья, криминализирующая предоставление недостоверной информации в иммиграционных формах, специфически оговаривает, что информация должна быть "материальной".

"Материальная информация" в иммиграционном процессе - это та, что потенциально может изменить субъективное мнение офицера относительно соответствия заявителя той или иной категории, на которую он претендует. Звучит запутанно, но легко понять на примере.

Скажем, заявитель по инвесторской категории ЕВ5 забыл указать в иммиграционных формах, что у него есть гражданство еще какой-то страны, а не только той, в паспорт которой он планирует получить иммиграционную визу. Наличие гражданства этой страны никак не отменяет того факта, что иммигрант инвестировал необходимую сумму, создал рабочие места, и в остальном соответствует категории ЕВ5. То есть, офицер может ручкой внести изменения в файл заявителя, пожурить его за забывчивость, и выдать визу. Однако, если ровно такую же информацию о наличии второго гражданства в формы не включил заявитель на получение статуса беженца, информация становится "материальной", поскольку потенциально дает офицеру возможность заключить, что раз "беженец" не воспользовался доступной ему опцией спастись в стране своего второго гражданства, а зачем-то прибежал в Америку, значит и опасность, ему угрожающую, можно поставить под сомнение. Аналогично, если, скажем, иммигрант по рабочей категории не вписал в какую-то форму своего ребенка, потому что ошибочно считал, что раз ребенок живет с другим родителем и не иммигрирует, то вписывать его не надо, это упущение не является "материальным" в деле специалиста, иммигрирующего по рабочей категории. Однако, если своего малолетнего ребенка не вписал в формы иммигрант, натурализующийся на основании брака с американкой, потому что ребенок был рожден вне брака и в момент, пока иностранец был женат на американке, спонсировавшей его резидентский статус, такая "забывчивость" будет интерпретирована как попытка скрыть иммиграционное мошенничество, и ее уже простым вписанием данных ребенка в формы не исправить.

В связи с уголовным делом осужденного иранца, Директор лосанджелесского офиса, рассматривающего беженские петиции выпустил заявление о планах на бескомпромиссную борьбу с предоставлением недостоверной информации в беженских петициях. Так что, вероятно, только что осужденный иранец был первой ласточкой в процессе, который начинает набирать обороты.


Youtube
Facebook
Tags: 101, achtung!, asylum, grounds for thoughts, immigration, law&order
Subscribe

Posts from This Journal “asylum” Tag

  • Верхний пост. Комментарии скринятся

    Добрый день! Спасибо, что зашли. Этот журнал не преследует образовательных целей и написанное в нем не является юридической консультацией.…

  • Усы, лапы, и хвост

    Просто соображение. Никто. Никогда. Ни при каких обстоятельствах. Не должен доверять дело по рабочей или инвесторской иммиграции человеку, который…

  • Некуда бежать

    Как же я зла! Консультировала потенциального клиента для инвесторской Е2. В клиенте все прекрасно: у него есть бюджет, бизнес план, образование, и…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 54 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →