?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Material Girl

В отношениях с красивыми вещами меня отличает робость и нерешительность.
В смысле, я часто интуитивно чувствую красоту вещи, но затрудняюсь ее вербализовать. Иногда влюбляюсь в вещь с первого взгляда, томлюсь неразделенным желанием, а потом, как и свойственно робким влюбленным, ухожу, не попытавшись даже посягнуть.
Помню, больше десяти лет назад я, бродя по промозглому Питеру, зашла погреться в антикварный магазин. Я ничего не понимаю в антиквариате и коллекционном фарфоре. Но обеденный сервиз в витрине заставил меня остолбенеть. Сейчас я даже не помню, что в нем было такого прекрасного. Кажется, какое-то умопомрачительное арт-деко. К стеклу скотчем был приклеен машинописный перечень предметов, входящих в сервиз. Почему-то меня доконало «блюдо для птицы». Воображение рисовало выложенных на блюде перепелов в бумажных папильотках, скатерть цвета слоновой кости, обязательный кремовый абажур где-то над столом. Мне, двадцатилетней девчонке в хлюпающих ботинках, страстно хотелось обладать хотя бы кусочком прекрасного и неведомого мне мира, где к столу подают птицу на блюде из полупрозрачного фарфора.

Я таращилась на стопки тарелок и блюдечек, пока не почувствовала во рту солоноватый привкус. Оказалось, что в своем остолбенелом желании обладать прекрасным, я до крови прикусила губу.
Стоил сервиз... Скажем, если сложить стоимость той моей поездки в Питер со стоимостью всего, что было на мне в тот момент надето, можно было бы прицениться к паре тарелок.

Прошло какое-то количество лет. Гуляя приторным флоридским вечером по «магазинному» кварталу Майами, я зацепилась взглядом за витрину. И погибла. Во всей просторной витрине стоял один-единственный манекен в платье. По нарочитой простоте покроя и явной незатейливости рисунка легко можно было догадаться, что стоит платье дорого. Собственно, чтобы предположить его цену достаточно было взглянуть на название магазина.
Каждый вечер, как молодой повеса ждет свиданья, я тянула обожаемого супруга сделать крюк и пройти мимо этой витрины. Обожаемый супруг покорно плелся за мной мимо сверкающих огней и, кажется, не догадывался, почему мы не можем просто и без затей отправиться в прибрежный кабак и распить там что-нибудь по нашему тогдашнему бюджету. Я же не находила в себе сил признаться в преступной страсти, а лишь едва заметно притормаживала у заветной витрины.

Дело было даже не в цене. Просто было совершенно очевидно, что такое Платье в одиночестве жить не может. В компанию ему необходимы босоножки с тяжелой серебряной пряжкой, сумочка из светлой мягкой кожи с черепаховыми кольцами, и, может быть, шляпка из натуральной соломки. Встретившись со всеми этими прекрасными вещами, Платье наверняка захочет отправиться в какой-нибудь карибский круиз, и это будет совсем уж несообразно с моим образом жизни и возможностями.
Три дня я томилась невозможным, а на четвертый платье из витрины исчезло, и там повисло что-то тоже красивое, но совсем не вызывающее трепета. Мои мучения кончились.

Так я вывела для себя, что есть вещи, созданные для желания, но не для обладания.

Неделю назад, в Сант-Августине, меня угораздило зайти в крошечную картинную галерею. На мне висела кенга с младшей дочерью, а старшая резвилась под присмотром второго родителя на детской площадке. В галерее было пусто – не сезон, а за стойкой сидела до одурения заскучавшая хозяйка. После дежурных комплиментов моей cute baby, она вдруг неожиданно спросила, не хочу ли я кофе. И принесла из-за ширмы кофейник. Такой заурядный, на две чашки. Не блестящий хромом, из которого в солидной галерее угощали бы денежных клиентов, а тот, в котором она сварила кофе для себя. Тетка выложила на багетный стол печенье, и стала рассказывать, что прожила всю жизнь в Новом Орлеане, и там тоже держала картинную галерею. Но ураганом Катрина с галереи сорвало крышу, буквально – сорвало и унесло. Поэтому она получила положенные по страховке деньги и перевезла бизнес в Сант-Августин. В сезон дела идут хорошо, а зимой – не очень. Она еще что-то говорила: про своего взрослого сына, про заказчицу, которая попросила найти ей точную копию Моны Лизы, про то, что качественные рамы сейчас дороги... Но я уже ничего не могла слушать, потому что ровно за правым плечем у хозяйки висел крошечный кусок полотна с изображением, от которого у меня перехватило дыхание.

Следующие два дня я могла говорить только о том, что есть же в этом мире счастливые люди, которые покупают красивые картины и вешают их на стены своих красивых домов. Обожаемый супруг пожимал плечами: зачем нам картина, когда у нас столько фотографий детей? А на третий день он пошел, и купил эту картину.

Я знаю, что я дура ненормальная. Когда мы возвращались из отпуска, я сидела в машине, держа сверток с картиной на коленях. Я знаю, что живопись – это совсем не то, что в нашей нынешней ситуации следовало бы покупать. Эта вещь для меня – посланник из того мира, в котором существуют блюда для птицы и платья из летящего шифона.

Кажется, это первая в моей жизни небезответная любовь такого рода.

Comments

vsparrow
Feb. 6th, 2008 08:41 am (UTC)
спасибо за напоминание. жена несколько раз вздыхала про "сногсшибательную куртку Nike", надо будет на эту куртку посмотреть. да, это особый тип радости - смотреть, трогать любимую вещь, которая принадлежит именно и только тебе. даже если ты сознательно ограничиваешь себя в типе таких вещей (может, понравились бы часы за 10К долл., но и за 40 мне до сих пор очень нравятся, и это хорошо).
logofilka
Feb. 6th, 2008 07:41 pm (UTC)
Да, обязательно посмотрите на куртку. Это высшая степень отношений между мужчиной и женщиной. :)

Latest Month

August 2019
S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Page Summary

Powered by LiveJournal.com
Designed by Terri McAllister